Text

Андрей Шлейфер, Дэниел Трейсман. Россия — нормальная страна

Source:http://www.globalaffairs.ru/number/n_2848

В 2004 году профессор экономики Гарвардского университета Андрей Шлейфер и профессор политологии Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе Дэниел Трейсман опубликовали ставшую знаменитой статью, предложив радикально новый взгляд на постсоветскую Россию. Опираясь на анализ эволюции страны в 90-е годы, авторы опровергали ставшее на Западе к началу нулевых общим местом мнение о России как о несостоявшемся государстве. Вынесенное в заголовок и звучавшее тогда откровенно полемично утверждение «Россия — нормальная страна», помимо прочего, отражало и определенные надежды авторов на продолжение реформистского курса 90-х в новом веке.

Новый взгляд на Россию

Последние пятнадцать лет стали для России периодом небывалых преобразований. На смену коммунистической диктатуре явилась многопартийная демократия, и руководство страны приходит к власти в результате очередных выборов. Централизованная плановая экономика преобразована в капиталистическую, в основу которой положены рыночные отношения и частная собственность. Россия осуществила мирный вывод своих войск из стран Восточной Европы и бывших республик Советского Союза, позволив последним обрести статус независимых государств. Сегодня в лице России Запад имеет дело не с агрессивным соперником, ощетинившимся против него тысячами ядерных ракет, а с партнером, готовым к сотрудничеству в том, что касается вопросов разоружения, борьбы с терроризмом и обуздания гражданских войн.

Казалось бы, обновление России не может не явиться поводом для торжества. Двадцать лет назад такая метаморфоза могла прийти в голову только крайне наивному идеалисту. Однако настроение у западных обозревателей далеко не праздничное. Положение России рассматривается как бедственное, а 1990-е годы — как десятилетие, ставшее катастрофой для всего ее народа. Журналисты, политики и ученые пишут о России не как о стране среднего достатка, стремящейся освободиться от пережитков коммунистического прошлого и найти свое место в мире, а как о государстве, лежащем в руинах, населенном криминальными элементами и представляющем собой угрозу мировому сообществу как рассадник многих социальных недугов.

<...>

Однако данные об укреплении позиций России, ее макроэкономической стабильности, неравенстве доходов и состоянии корпоративных финансов в стране, информация о российских выборах, коррупции и свободе печати наводят на мысль о наличии серьезного расхождения между чрезвычайно негативными оценками и реальными фактами.

Хотя переходный период оказался для России во многом болезненным, со времени падения коммунизма страна добилась значительных успехов в экономической и социальной сфере.

В 90-е годы прошлого века Россия вошла, имея глубоко деформированную, разваливающуюся плановую экономику, испытывая острый дефицит потребительских товаров и неся тяжелое бремя военного аппарата. К концу десятилетия она превратилась в нормальную страну с капиталистической экономикой среднего достатка. Вначале после крушения Советского Союза экономические показатели пошли на убыль, однако к 2003-му, согласно внушающим доверие оценкам, России удалось обратить вспять тенденцию к спаду. В политической сфере Россия за десять лет проделала путь от репрессивной диктатуры компартии и спецслужб к обществу, в котором судьба политических лидеров определяется путем по большей части свободных — пусть и несовершенных — выборов, граждане не боятся высказывать свое мнение, а в списке зарегистрированных политических партий значится более семисот названий.

Хотя переходный период оказался для России во многом болезненным, со времени падения коммунизма страна добилась значительных успехов в экономической и социальной сфере.

Экономическая и политическая системы в России пока далеки от совершенства, но их недостатки типичны для стран со сходным уровнем экономического развития. Как в 1990 году, так и сегодня Россия является страной со средним достатком, ВВП которой составляет примерно 8 тыс. долларов на душу населения и, по оценкам ООН, при равной покупательной способности сопоставим с ВВП Аргентины за 1991-й и Мексики за 1999-й. Подавляющее большинство демократий с подобным уровнем дохода далеки от идеала: их правящие круги поражены коррупцией, судебная власть политизирована, пресса почти никогда не бывает полностью независима. Для этих стран характерны существенное неравенство доходов, концентрация корпоративной собственности, турбулентность макроэкономических показателей. В этом смысле Россия — вполне нормальная страна. К тому же недостатки, свойственные капиталистическим демократиям среднего уровня, не являются непреодолимым препятствием на пути к дальнейшему экономическому и политическому прогрессу. В противном случае страны Западной Европы и США до сих пор оставались бы в XIX веке.
<...>

Пациент скорее жив, чем мертв

<...>
Есть три причины полагать, что в 1990-е годы положение российской экономики в действительности было не столь плачевным, как показывают цифры. Во-первых, в советское время значительная доля объема производства приходилась на военную продукцию, незавершенные строительные проекты и низкокачественные потребительские товары, почти или совсем не пользовавшиеся спросом после 1991-го. С приходом рыночных отношений производителю незачем стало выпускать продукцию, которую невозможно сбыть. И хотя в краткосрочной перспективе сокращение убыточного производства негативно отразилось на объеме ВВП, оно позволило повысить общую эффективность российской экономики. К тому же в Стране Советов руководители предприятий регулярно раздували производственные показатели в погоне за повышенной премией. С упразднением централизованной плановой экономики ситуация изменилась: теперь цифры занижались, чтобы уменьшить бремя налогов. Таким образом, предреформенный объем производства в Советском Союзе был, видимо, значительно ниже официальной цифры, и соответственно последующий спад в экономике тоже был не столь значителен.

Во-вторых, в 1990-е годы в России активно развивалась теневая экономика.
<...>

Но утверждать, что российская экономика — уникальное в своем уродстве образование, было бы слишком большим — и безграмотным — преувеличением.

В-третьих, согласно <...> статистическим данным, в 1990-е уровень жизни в России снизился не столь резко или даже повысился. По оценкам Госкомстата, например, за период с 1990 по 2001 годы объем конечного потребления в секторе домашнего хозяйства (в постоянных ценах) уменьшился лишь на 4 %, а розничные продажи даже выросли на 4 %. За период с 1990 по 2000-й размер жилплощади, занимаемой одним человеком, увеличился в среднем с 16 до 19 кв. м. В промежутке между 1991 и 2000 годами в процентном отношении выросло число домохозяйств, имеющих радио, телевизор, магнитофон, холодильник, стиральную машину и пылесос. Удвоилось число автовладельцев: если в 1991-м на сто семей приходилось 14 автомобилей, то в 2000-м этот показатель достиг 27. Годовой приток российских туристов за границу тоже вырос – с 1,6 млн человек в 1993 году до 4,3 млн в 2000-м.

Несомненно, в России усилилось неравенство как в сфере доходов, так и в сфере потребления. Но ряд показателей свидетельствуют о положительных сдвигах даже на самых нижних ступенях социальной лестницы. Начиная с 1993 года (первый год постсоветской эпохи, по которому имеются полные статистические данные) по сегодняшний день процент жилых помещений, оснащенных водопроводом, увеличился с 66 до 73, в том числе с подачей горячей воды — с 51 до 59, и подключенных к системе центрального отопления — с 64 до 73. С 1990-го доля пользующихся услугами телефонной сети увеличилась с 30 до 49 %.

При внимательном ознакомлении с данными приведенного выше графика также возникают сомнения в справедливости общепринятой аргументации о масштабах спада российской экономики.
<...>

Блатной капитализм?

<...>
Вступив в 1990-е как разваленная централизованная экономика, Россия к концу десятилетия превратилась в стремительно развивающуюся рыночную систему. Российскую экономику, конечно, не назовешь хрестоматийным эталоном капиталистических отношений. Как и другие страны со средним достатком, Россия страдает от нерешенной проблемы неравенства в доходах населения, финансовых кризисов, разросшейся теневой экономики, тесного переплетения политической и экономической власти.

Но утверждать, что российская экономика — уникальное в своем уродстве образование, было бы слишком большим — и безграмотным — преувеличением.

Барашки в бумажке

В какой <...> степени коррупция в России отражается на жизни рядовых граждан? В рамках исследований, проводимых под эгидой ООН среди жертв различных правонарушений, в период с 1996 по 2000 год горожанам ряда стран было предложено ответить на следующий вопрос: «В некоторых странах существует проблема коррупции в правительственных кругах и среди государственных служащих. Приходилось ли вам [за последний год] сталкиваться с тем, что государственный чиновник, например сотрудник таможни, полицейский или инспектор, требовал от вас взятку или ожидал, что вы ему заплатите?» Процент положительных ответов в России оказался близким к среднему для развивающихся стран и стран со средним достатком, в которых проводился опрос. Около 17 % россиян ответили на вопрос положительно; это меньше, чем в Аргентине, Бразилии, Литве или Румынии. И опять-таки сравнительные показатели России почти полностью совпадают с тем, чего следовало ожидать, учитывая средний доход в стране на душу населения.

Ни свободы, ни справедливости?

<...>
Насколько плохо обстоят дела с демократией в России? Насколько ограничена свобода новостных СМИ? Никто не отрицает, что российские политические институты во многом несовершенны и гражданские свободы соблюдаются далеко не всегда. Тенденции, возникшие в период президентства Путина, вызывают тревогу и могут в дальнейшем еще более ухудшиться. Но все же, по всем объективным сравнительным стандартам, обвинения западных наблюдателей в адрес российских институтов за последние десять лет до невозможного преувеличены.

С точки зрения политической обстановки Россия находится в ряду наиболее демократичных в регионе. Что же касается изъянов демократии в стране, то они характерны для многих государств со средним достатком.

С 1991 года выборы в России проходили довольно часто. Всего в период с 1991 по 2003-й в России семь раз проводились всеобщие выборы – прошло четыре парламентских и три президентских кампании. Каждый раз в предвыборной гонке участвовали кандидаты, представлявшие все оттенки политического спектра. За некоторым исключением партии и избирательные блоки формировались свободно, и многим из них удалось пройти регистрацию. Международные наблюдатели, несмотря на критику непропорционального освещения предвыборных программ средствами массовой информации и ряда отдельных недостатков, в основном давали высокую оценку выборам в России. Заметим, что соседи России по региону и многие другие демократические страны со средним достатком получали менее лестные отзывы. ОБСЕ, например, оценила выборы 1993 и 1995 годов в России как «свободные и открытые». Позднее различные наблюдатели описывали выборы 1996 и 1999 годов как «консолидирующие систему представительной демократии». Процесс подсчета голосов в 1999 и 2000 годах отличался «такой прозрачностью, ответственностью и тщательностью, которые находились в полном соответствии с принятыми международными стандартами».
<...>

С точки зрения политической обстановки Россия находится в ряду наиболее демократичных в регионе. Что же касается изъянов демократии в стране, то они характерны для многих государств со средним достатком.

Состояние прессы в России критикуют по двум направлениям, причем недостаточно последовательно. В 1990-е главной проблемой считался контроль олигархов над основными телеканалами и печатными органами. В последнее время, однако, критики обвиняют государство в попытках притеснения и запугивания независимых журналистов, а также в стремлении закрыть СМИ, принадлежащие олигархам.
Оба обвинения имеют под собой определенную почву. Но это вовсе не означает, что пресса в России отличается крайней несвободой. Почти во всех странах крупнейшие телеканалы, радиостанции и газеты принадлежат немногочисленным династиям магнатов или же государству. Во всем развивающемся мире медиамагнаты подают политическую информацию в ключе, выгодном для пользующихся их предпочтением кандидатов. Во многих странах со средним достатком журналистов и их начальство обвиняют в тенденциозности в обмен на взятки или привилегии при приватизации рынка медийной продукции. Даже в богатых странах, таких, как Италия или Соединенные Штаты, журналисты подстраиваются под мнение магнатов вроде Берлускони и Руперта Мёрдока.

Что же касается давления, оказываемого на прессу в последнее время, то даже один случай – это слишком много. Но вмешательство государства в дела новостных СМИ — как ни печально, явление почти повсеместное в странах со средним достатком. Такое случается даже в высокоразвитых странах. Международный институт прессы в Вене собирает статистику по различным видам вмешательства государства в дела СМИ в странах ОБСЕ. Из 48 стран, по данным за период с 1999 по 2000 год, в 26 были отмечены хотя бы единичные случаи цензуры, отправки журналистов за решетку или наложения на них «завышенных» штрафов.

<...>

В поисках золотой середины

<...> Политическая система в России также изменилась до неузнаваемости. Диктатура одной партии уступила место выборной демократии. Некогда всемогущие коммунисты больше не держат под контролем все стороны общественной жизни и не отправляют диссидентов в лагеря.

Теперь они на общих основаниях борются за места в Думе. Пресса, вынужденная противостоять сильному политическому давлению, все же отличается гораздо бо́льшим профессионализмом и независимостью по сравнению с помпезной пропагандистской машиной середины 1980-х годов. Прошло чуть больше десятилетия, и сегодня Россия стала типичной капиталистической демократией среднего уровня.
<...>

Политическая система в России также изменилась до неузнаваемости. Диктатура одной партии уступила место выборной демократии. Некогда всемогущие коммунисты больше не держат под контролем все стороны общественной жизни и не отправляют диссидентов в лагеря.

Взгляд на Россию как на нормальное государство со средним достатком помогает рассмотреть полярно противоположные прогнозы в перспективе. Большинство стран этой категории находятся где-то посередине между хрестоматийной демократией и разгулом авторитаризма. Их демократическая система несовершенна, непредсказуема и подвержена временным неудачам, поскольку действующие политики пытаются манипулировать демократическим процессом, чтобы удержаться у власти.

Если в таких странах и наблюдается экономический рост, то он, как правило, происходит рывками, часто перемежающимися финансовыми кризисами. На данный момент есть основания полагать, что Россия в достаточной мере освободилась от пережитков плановой экономики, чтобы и дальше жить в условиях рынка при всем несовершенстве институтов и нездоровой интенсивности государственного вмешательства.

То, что Россия — всего лишь нормальное государство, возможно, разочарует тех, кто надеялся на большее. И это является слабым утешением для людей, у которых нет иного выбора, кроме того, чтобы продолжать выносить тяготы жизни в современной России. Но все же для государства, не далее чем пятнадцать лет назад бывшего «империей зла», терроризировавшего и соседей, и собственный народ, — это значительное достижение, поистине достойное восхищения.

Фотография на обложке: Коммерсантъ